Номер 4

imageКогда я сообщила друзьям, что жду своего четвертого ребёнка — никто не поверил. «Что, опять?»- улыбнулись они.
Истории с тройней было вполне достаточно для того, чтобы понять, что сил у меня много, и риск я принимаю со всей ответственностью и трезвым пониманием происходящего, хотя еще 3 года назад о 4-м ребенке речи быть не могло, но в какой-то момент все изменилось. Хаотичная суета обрастала приемлемой логистикой, выстраивалась по мере поступления проблем в систему, начинал задаваться удобный и приемлемый ритм, который примерно после 2-х летней жизни тройни вернул на круги свои и мою жизнь.
Дети росли, начинали ползать, ходить — их не нужно было носить на руках, что было самой трудной задачей. Позже они взялись за ложки и стали кормить себя сами. Становилось легче — становилось лучше. В тот момент, когда ко мне пришло осознание того, что прошлую Лиду, которую я потеряла и о которой так грущу за рутиной памперсов, я больше не найду, что новое — не временное, а постоянное, и стало приносить плоды, отдачу и какое-то начальное удовольствие, я решилась на четвертого ребенка. Тело выдохнуло, а голова ожила. Собственное преображение в котором я так нуждалась после первых выматывающих лет материнства стоили многих сил и слез, но я чувствовала, что могу вывести себя на новый уровень, чувствовала, что эти годы «бега» привели меня к идее разогнаться на «марафон» и испытать себя так, как никогда раньше. Я по натуре — эксперементатор, но не авантюрист: взвешиваю и просчитываю каждый шаг и прогнозирую, и отмеряю. Мое тело всегда было главным объектом моих проб и ошибок. Еще в юности помню, как испытывала свою волю и физические возможности спортом, необъяснимо урезанным рационом питания, мне было интересно как мой мозг, мое тело отреагирует на тот или иной вызов. Помню, как совмещала это с безостановочным потоком книг и информации, что приводили сознание и тело в удвоенное состояние полной эйфории. Новый ребенок, особенно учитывая тот факт, что «нормальной» мою первую беременность было назвать сложно, должен был открыть мне другой горизонт, обучить новому или, точнее, обычному для всех смыслов «языку», который знали все, кроме меня. Мне хотелось испытать беременность одним, то, что знакомо миллионам и то, о чем так возвышенно твердят женщины всего мира. Какая она — беременность одним? Может, в ней есть то, чего я не смогла испытать вынашивая тройню? Почувствую ли я что-то новое и интересное, что замечу, запомню? Я знала, что будет легче, чем с тройней, в этом сомнений не было никаких, потому риском для тела свой новый план я назвать не могла. О риске для внутреннего спокойствия и мысли не было, ведь спокойствие как таковое ушло из моей жизни еще в первый раз, а значит терять особенно было нечего. Интерес к процессу подогревало и то, что могла родиться девочка, а значит планируемый мною мир мог обогатиться совершенно новым и неожиданным опытом разнополых детей. Просчитать пол ребенка занимает время и месяцы ожидания, а выносить последнее я умею меньше всего. Именно так, после трех месяцев попыток зачать девочку, я не выдержала и решила, что меня устроит любой результат, лишь бы он был.
— Тест положительный.
— Всё как ты хотела, верно?- улыбнулся муж.
Это было именно то, чего я хотела.
Своих детей я считаю по беременностям и для меня это второй ребенок, а не четвертый. Время шло и на удивление достаточно быстро. За круговертью с тройней, за бесконечной суетой в совершенно стандартном режиме рос мой новый живот, недели бежали естественно и почти незаметно. Я не давала себе возможности передохнуть, не боялась ничего, жила в полную силу, которой мое тело делилось безвозмездно. Из неудобства выросла усталость, а дальше я просто ощущала себя человеком с большим пузом. Где-то казалось даже обидным трата такого количества сил и времени только на одного ребенка. Я бегала по утрам каждый день вплоть до самого дня родов. Еще утром, уже немного переживающие за мою физическую и довольно округлую, мягко говоря, форму соседи, махали мне рукой и желали хорошего дня, а вечером, через докторскую маску на меня смотрели глаза врача. Где-то ближе к концу срока я поняла, что эти «лишние» 2 месяца хождения с животом (с тройней было 33 недели) немного затянуты и лучше бы их не было, но выбирать особенно не приходилось.
Ощутила ли я что-то новое? Нет. Возможно, было бы иначе, если сначала я родила одного, а только потом тройню и впечатления бы увеличивались по нарастающей. Как бы там не было, но беременность одним ребенком после тройни прошла как легкая форма простуды после тяжелого воспаления легких. «Какая потеря времени и сил!» — думала я, лежа на больничной койке и приходя в себя после операции.
Четвертый ребенок сделал для меня уже большую семью огромной, я стала мыслить другими масштабами, и не всегда такое мышление шло на пользу «пушистым» романтическим взглядам. Время начало бежать со скоростью неподвластной и неуправляемой, а новые впечатления не успевали запоминаться, вымываясь новыми поступающими.
Теперь я могу сказать точно, что процесс вынашивания ребенка не заставляет меня испытывать никаких чувств, его азбука мне ясна и понятна, идея же совершенного комфорта моих детей среди себе подобных (братьев или сестер)- друзей от рождения, которых не нужно искать всю жизнь, заставляет радоваться содеянному.
«Тройня?» — традиционный вопрос-восклицание, который я слышала повсеместно, с некоторых пор переросло в конвульсивное добавление «И еще один?!» Да, еще один, ведь каждому младшему брату, всегда хочется стать старшим, а его маме почувствовать и прочувствовать свою жизнь наполненной до краев.

2 thoughts on “Номер 4

  1. Восхищаюсь тобой, Лида! Ну а теперь еще осталось чуточка любопытства прочувствовать, что такое быть мамой девочки?:))) А почему по второй раз была операция (кесарево, как я понимаю)?

    1. Спасибо!;) Любопытство будет побеждено усталостью, гарантирую.;)) Во второй раз врачи отказывались принимать роды без операции, так как никто точно не мог сказать, на сколько сильно повредились внутренние органы после тройни. Позже я узнала, что номер 4 весит достаточно, чтобы после операции мне самой начать пользоваться подгузниками и делать это до скончания жизни, хи-хи. Что сказать… врачи дурного не пожелают, мальчик получился о-ооочень крупным, а роды быстрыми.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *